Возможно, самая целостная старинная улица в небольших городах России - это арзамасский Гостиный ряд, плавно спускающийся от Соборной площади. Своими мелкими купеческими лавками и аркадами торговых рядов он живо напоминает рыночные площади почти уже позабытой Европы. Справа (если смотреть вниз) над ними ещё и нависает Никольский собор (1723) одноимённого монастыря, а вот слева есть "секретик" - если обойти самые верхние дома, можно увидеть во дворах фасады середины 18 века, когда на карте России существовала Арзамасская провинция.

С недавних пор на улице появился ещё и дизайн-код вывесок в винтажном духе, как в Рыбинске. Тут я уже не столь однозначно уверен, что это правильно: один раз - дико круто, второй раз - интересно, а вот если и в третьем каком-нибудь городе так сделают - уже будет пошло.

А за перекрёстком с улицей Ленина встречает "Арзамасский ужас". Точнее, бывшая гостиница Стригулиных, где в 1869 году его испытал Лев Толстой. Бравый офицер и успешный писатель, он ехал смотреть имение в Пензенской губернии, после тряской дороги из Нижнего Новгорода остановился в убогой провинциальной гостинице, а ночью вдруг проснулся от ужаса с мыслью, что ведь он не бессмертен и когда-нибудь его не станет. Толстому был 41 год, ровно середина прожитой им жизни, но именно после "арзамасского ужаса" он начал превращаться в того белобородого подпоясанного верёвкой мудреца, которым его обычно изображают в учебниках. Здание сохранилось, но гостиницы в нём давно нет.

Арзамас впечатляет своим ансамблем, который с каждой точки смотрится иначе. А из отдельных памятников настоящий его шедевр - Воскресенский собор, построенный в 1814-42 годах по проекту казанского архитектора Михаила Коринфского. Казанского - по основному месту деятельности, но родился он здесь и собором этим отплатил малой родине.

Ещё удивительнее, что огромный (64 на 64 метра по основаниям, 46 метров высотой) храм закрывался в советское время лишь ненадолго, в 1932-47 годах, и в целом сохранил великолепное убранство. А в его подклете обитает с 2023 года (хотя открылся в 2013 году в другом здании на площади) музей русского патриаршества. Мы туда, увы, не пошли, но выбор места логичен - из Арзамаса родом Сергий (Страгородский), патриарх в 1943-44, а фактически с 1936 года (как местоблюститель), определивший облик и судьбу РПЦ при Советах.

Одной стороной собор глядит на простор реки Теши поверх крыш мелких домиков рубежа 18-19 веков. Другой - на огромную Соборную площадь, где есть ещё храмы Николаевского монастыря, дома-близнецы Будылиных и даже, внезапно, Ратуша (1740) - одно время в России так называли городскую администрацию, но здесь, что удивительно, это слово живёт и в обиходе.

Портят впечатление от площади только многочисленные странные люди: то цыганка привяжется, то косноязыкий одутловатый паренёк предлагает экскурсию, то забулдыга клянчит сто рублей. Базой всего этого люда служит монастырская трапезная, куда, однако, с удовольствие заходили и мы - там уютно, вкусно и недорого.

Сегодня день рождения Луиса Баррагана. И лучший подарок к нему — это открытие La Cuadra для всех.

Комплекс La Cuadra San Cristóbal долгие годы был одним из самых закрытых шедевров мексиканской архитектуры. Барраган построил это поместье — жилой дом, конюшни, амбар, внутренний двор с монументальным фонтаном, пастбища на 2,7 гектара — в 1966–1968 годах вместе со своим другом и коллегой Андресом Касильясом. Попасть сюда было почти невозможно: редкие визиты по предварительному запросу, никакого свободного посещения. Розовые стены, вода, тишина — всё это существовало как архитектурный миф.

В 2017 году комплекс приобрёл фонд архитектора и мецената Фернандо Ромеро — и вот наконец он становится публичным культурным пространством. Первыми событиями стали сразу две выставки. Временная экспозиция Феликса Гонсалес-Торреса — зеркала на земле, нити золотых бусин в проёмах стен, гирлянда огней в конюшне — открылась во время Art Week и работает до 8 апреля. И постоянная ретроспектива «Barragán en Barragán»: макеты, фотографии Армандо Салас Португал и Рене Бурри, работы художников из ближнего круга Баррагана — всё это внутри самого здания, которое само по себе и есть главный экспонат.

Дальше — большие планы на десять лет вперёд. Рядом с историческим комплексом появятся новые павильоны: один из них проектирует Кенго Кума. А Марину Абрамович пригласили создать интервенцию во внутреннем дворе.