И здесь внезапно обнаружилась та самая известная конина Кумамото. Маленькие колбаски в магазине стоили каких-то неадекватных за такой объем денег (кажется, около 1300 йен), зато на парковке продавали шашлычки, которые жарили прямо при тебе. Вкусно, мясо хорошо жуется. Однако, если бы мне вручили говядину и сказали, что это конина, я бы поверил, так как особой разницы во вкусе не ощутил.

В Кении с ресторанами всё очень просто.

Есть заведения для местных и есть рестораны для иностранцев. Всё. Как будто кто-то в меню страны забыл добавить кнопку «средний чек».

В локальных заведениях набор блюд стабилен, как расписание автобуса, который всё равно не придёт: чапати, бобы, угали, рис, жареная курица, рыба и чай.
Стоимость блюда редко превышает 3️⃣0️⃣0️⃣ Ksh ($2.3 или 216 ₽).
Сервис соответствующий.
Деревянные столы без скатертей, пластиковая посуда, и мухи — полноценные участники гастрономического опыта. Иногда и столов нет. Один раз я ел стоя, а моя спутница устроилась на циновке прямо на асфальте.

Зато в дорогих ресторанах внезапно появляются паста, пицца, супы, смузи и хороший кофе.
Белые скатерти, фарфор, металлические приборы, живая музыка и кондиционер.
Но цена начинается от 1️⃣0️⃣0️⃣0️⃣ Ksh за блюдо ($7.7 или  720 ₽).

Вкусно и там и там.
А чего-то среднего я за два месяца так и не нашёл.

В Кении, похоже, либо ешь очень просто, либо ешь очень красиво.
А середину съели мухи.

До 5 апреля на площадке ЦЕХ* в Нижнем Новгороде проходит выставка «Свет и Музыка. Экспериментальная эстетика в СССР и новые медиа». Здесь можно познакомиться с работами по синтезу звука и света в Советском Союзе, узнать больше о студенческом конструкторском бюро «Прометей» и разработках художника Сергея Зорина.

Например, тут представлен инструмент «Кристалл» из 1960-х, где 172 лампы накаливания прокрашивались цветным лаком т управлялись с пульта по группам цветов. А у казанского цирка уже в шестидесятые была динамическая подсветка!

В Татарстане лишили охранного статуса шесть советских мозаик и два сграффито

В конце ноября прошлого года Комитет Республики Татарстан по охране объектов культурного наследия «выявил» восемь произведений монументального искусства, присвоив им временный охранный статус. Но спустя три месяца отказал им во включении в реестр памятников на постоянной основе. Теперь мозаики и сграффито можно уничтожать без каких бы то ни было юридических последствий.

Вот список объектов этих произведений:
— Мозаика «Посадим сады» на здании ДК Химиков (1969 год, художники В.К. Федоров и С.М. Бубеннов);
— Сграффито «Казань — порт пяти морей» и «Народы Поволжья» на стене гостиницы «Волга» (1963 год, художники В.М. Маликов, Р.А. Кильдибеков, С.М. Бубеннов);
— Диптих мозаик «Будни пожарных» и «Геральдика пожарного дела» на здании пожарной части (1981 год, художник В.К. Федоров);
— Мозаика «Встреча гостей» в ресторане гостиницы «Татарстан» (1970 год, художник С.М. Бубеннов);
— Мозаика «Горячий чай» в холле гостиницы «Татарстан» (1970 год, художник В.К. Федоров);
— Мозаика «Энергия» («Усмирение водной стихии») на здании ДК «Энергетик» (1973 год, художники Р.А. Кильдибеков, В.В. Карамышев).

Список не случайный — это ключевые работы так называемой «большой четверки» художников-основателей татарстанской монументалистики. Осенью над мозаиками на пожарной части Виктора Федорова нависла угроза, и местные активисты совместно с региональным ВООПИиК подали заявку на выявление их, а также еще шести произведений.

Комитет по охране мотивировал отказ тем, что отдельные мозаики и панно, являющиеся частью зданий, якобы не могут включаться в реестр как самостоятельные объекты. Это прямо противоречит устоявшейся в России практике и не следует буквально ни из каких нормативных документов. Надеемся, что недоразумение удастся исправить, а решение властей не отразится на судьбе самих работ.