В первый раз я побывал в Елабуге в 2008 году на заключительном этапе Всероссийской олимпиады школьников по литературе. Если вы не Андрей Вознесенский, «Елабуга» будет рифмоваться только со словом «радуга», и было немного тошно слушать тысячу подобных стихов придворных муниципальных поэтов. Радуга, радуга, радуга. Елабуга, Елабуга, Елабуга.

Приехал во второй раз спустя семнадцать лет. Елабуга объективно сильна — своей архитектурой, улочками, в которых растворяешься. Рельефом. Красивыми парками.

Своими героями, наконец! Елабуга — это Марина Цветаева, городской голова Иван Васильевич Шишкин и его сын, нарисовавший мишек в сосновом бору, кавалерист-девица Надежда Дурова, выдающийся психиатр Владимир Бехтерев, купеческая династия Стахеевых…

Ее литературоцентричность, ее храмы, парящие над рекой, ее городище с башней. Нет людей, равнодушных к Елабуге.

Кажется, одноэтажная Елабуга — бывший уездный город Вятской губернии — специально дана соседним Нижнекамску и Набережным Челнам, чтобы дополнять, врачевать, дарить утешение и радость, когда ты в условном феврале устал от бесконечных модернистских кварталов промышленных камских городов.

Тут хорошо.

Просто безусловно хорошо.

И можно постоять и подумать, как Евтушенко в 60-х.

Помнишь, гераневая Елабуга,
ту городскую, что вечность назад
долго курила, курила, как плакала,
твой разъедающий самосад?

Бога просила молитвенно, ранено,
чтобы ей дали белье постирать.
Вы мне позвольте, Марина Ивановна,
там, где вы жили, чуть-чуть постоять.